Пятница, Январь 19, 2018
   
Text Size

Поиск по сайту

Есть ли жизнь после Путина?

Валерия Ильинична призывает порядочных людей бороться с режимом, и не бояться того, что Путин может отнять жизнь, ведь право на достойную смерть он не отнимет. Сейчас, в расслабленные десятые, об этом речь почти не идет, и бороться можно не вставая с дивана, как это делает Трутень. Но давайте поговорим о том, какой должна быть цель этой борьбы, к чему стремимся мы, несогласные.

Когда-то Валерия Ильинична написала, что шагов к демократии не должно быть триста, как это запланировано в программе демократической российской оппозиции: "Слишком далеко идти. К свободе может быть сделан только один шаг: первый, и он же последний. Это когда человек вслух признает общечеловеческие (они же западные) ценности, заключенные в "Декларации прав человека" и "Пакте о гражданских и политических правах", и решается быть свободным вопреки власти, народу и обстоятельствам". 

С этой мыслью я полностью согласен. Для человека, отдельной личности может быть только один шаг. Однако когда речь идет о стране, то одного шага, то есть смещения путинской вертикали, недостаточно.

Действительно, во многих либеральных рассуждениях все сводится к тому, что надо свергнуть власть Путина и его команды, и тогда все будет, что называется, в шоколаде. Промышленность сразу заработает, коррупция уменьшится в разы, безработица снизится, появятся профсоюзы, разрыв между богатыми и бедными сократится до европейских величин...

Допустим, Путин ушел на пенсию, а Медведев назначил своим преемником Касьянова, Навального, Немцова или Каспарова. Что произойдет? Да, возможно СМИ станут свободными, по каналу "Россия" будут ругать президента, обвинять его в бесхарактерности, алкоголизме и других нехороших излишествах. Будет общественная дискуссия, губернаторы будут избираться и тоже ругать Кремль, будут элементы "украинского бардака", который и есть «начало демократии». Но будет ли от этого жизнь россиян лучше?

Людей по-прежнему будут выгонять с работы при первом же шухере, потому что это весьма рыночно, будет процветать офисное рабство, когда человеку проще поменять работу, чем попроситься в отпуск. Права рабочих будут также незащищены, а в регионах люди по-прежнему будут получать в 5-10 раз меньше, чем в Москве. Наконец карьерного роста опять-таки не будет, а во многих местах и работы не будет.

Заказные убийства журналистов, бизнесменов и чиновников не прекратятся. Гастарбайтеров будут бить, какие бы отчетливые "сигналы" не подавал Кремль, и русских будут бить тоже. 

Если сейчас царит культ Путина, то тогда воцарится культ олигархов, скромно-обаятельных и социально-ответственных, культ топ-менеджеров, креативных и эффективных, почти как Сталин. Телевидение, равно как и сейчас, будет зарастать штампованными сериалами про быт и чаяния разнообразных толстосумов, высокодуховных и обычных.

Неудивительно, что многим даже сейчас более омерзительно корпоративное чинопочитание, чем махровый совок, потому что его хотя бы можно оправдать любовью к родине, а тут чем оправдывать? Любовью к начальнику и его прекрасной динамично развивающейся компании?

И разве маловероятной представляется версия, что лет через десять уставший народ вполне демократически или с применением административного ресурса выберет Путина-штрих, который запретит себя ругать и выстроит вертикаль? Или, как прогнозирует Леонид Радзиховский, к власти придут гипотетические нацисты.

Пора понять, что все не сводится к политике, к распределению постов в правительстве и башнях Кремля. Толстой, Чехов, Куприн, Гончаров в своих произведениях безжалостно критиковали именно людей, общество: пошлость и глупость мещанства, лицемерие дворянства, скотство крестьян. Хотя не забывали ругать и власть.

Франция одно из самых социальных государств мира. При этом французы выходят на митинги и забастовки с требованиями улучшения условий труда и жизни. Во французских фильмах постоянно ставится вопрос о социальной несправедливости, о том, что общество толкает человека на преступление, о том, что девушка бросает парня, потому что он беден. Вопросы, которые ставил Виктор Гюго в романе "Отверженные", по-прежнему не утихают, и мы вновь видим их в таких, казалось бы, незатейливых картинах как "Беглецы", "Хамелеон", "Игрушка", "Дублер" и т.д.

При этом у нас процветают такие фильмецы как "Русалка", а также сериалы про олигархов и их золушек-избранниц — после просмотра складывается ощущение, что деньги/гламур — если не единственное, то точно главное в нашей жизни. Вот это в натуре «позор России».

Читайте также:

Режим держится на соплях

Претензия на вечность

Тупик на земле и приватизация на небе

Комментарии   

 
0 # shershen 22.05.2012 09:07
ППКС!.
Что ж будем думать и делать, спорить и работать, т.е. жить дальше..
Претензии наши к тому о чем писали Толстой, Чехов, Куприн, Гончаров остаются теми же, да и сами мы не хотим быть ни пошлыми-глупыми , ни скотскими, ну и надеюсь - ни лицемерными...
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

  © 2012–2014 Журнал Трутень.